Просмотров 53

Помимо рассмотренного нами ключевого объекта архитектурного наследия Испании, символические компоненты прослеживаются и в достопримечательностях Франции — в частности, в конструкции Эйфелевой башни (1887) и знаменитой пирамиды во дворе Лувра (1985). Возведенная к столетию Великой французской революции, башня стала символом надлома классических устоев архитектуры и искусства, а также спровоцировала волну критики со стороны общественности. В свою очередь она также стала образцом интуитивной фрактальной структуры, поскольку в ее основу лег так называемый «треугольник Серпинского». Примечательно, что и пирамида Лувра также была построена к юбилею Французской революции, но уже к 200-летию, и в ней также наличествует фрактальная ромбовидная структура. Пирамида, как и Эйфелева башня или собор Святого Семейства, стала точкой отсчета новой культурной эпохи, которая упраздняет традиционные архитектурные приемы и духовные ценности. Можно сказать, что данные объекты французской национальной культуры определили направленность к научно-техническому прогрессу, характерную для стран западной цивилизации. Синтез ренессансного классицизма и модерна в пределах одного культурного пространства символизирует упомянутое Сэмюэлем Хантингтоном «столкновение цивилизаций», господство деструктивного Танатоса и созидающего Эроса. Олицетворяющий дегуманизированное мироощущение человека XX века Танатос ведет к агрессии и деструктивному поведению, саморазрушению, энтропии, саморазложению и дезинтеграции, в то время как Эрос являет себя самотрансценденцией, самопревосхождением, целостным началом для становления Космоса. Поскольку пирамида создавалась американским архитектором китайского происхождения Йо Минг Пеем, то она стала неким «мостом», соединяющим Запад и Восток, индивидуализм и коллективизм, антропоцентризм и гуманизм, культуры с женским и мужским началом. В восточных странах пирамида интерпретируется как символ иерархичности от множественного к единому — наподобие восхождения в платоновском мире идей, венчает который Идея Блага. Устремленные ввысь линии должны были стать напутствием к достижению единения с миром небесным. Примечательно, что средневековые готические соборы подразумевали сходную цель — стать своеобразной лестницей к Богу. В целом для любой религиозной культуры древних времен характерны ступени восхождения от низшего к высшему — взять хотя бы «восьмеричный путь» спасения души в буддизме или движение к Дао в китайской традиции.

Семиотическая теория У. Эко направлена на определение культурных объектов как незавершенных моделей Бытия, подлежащих вольной интерпретации, — в этом состоит феномен «открытого произведения». Исходя из данной теории, анализируемая нами пирамида Лувра и само здание музея фигурируют как взаимозаменяемые и взаимодополняющие. Кроме того, любой из архитектурных объектов как знак или код имеет амбивалентную природу, куда закономерно включены понятия означающего и означаемого. По своей сути знак имеет очень сложную многомерную формулировку: он представляет собой «приписывание означающего означаемому» [1, с. 39], а если говорить обыденным языком, то благодаря ему какому-либо феномену или предмету вещного мира придается определенный смысл. Разработкой знаковой проблематики изначально занимался Чарльз Пирс — американский философ и логик, основатель семиотики и уже упомянутого мною ранее прагматизма, направленного на детальную интерпретацию научного языка и классификацию понятий и знаков. Именно Пирсу принадлежит категоризация знаков по трем разнонаправленным ветвям: иконические знаки, индексы и символы — прежде всего они окружают человека. В архитектуре означающим выступает внешний облик здания, его оболочка, в то время как означаемое подразумевает интерьер. Эко в рамках своей семиотики выдвинул предложение использовать в качестве означающего сам объект (например, пирамиду Лувра), а в роли означаемого усматривал функцию данного объекта — в нашем случае имеется в виду восхождение от Града Земного к Граду Божьему. Подобный замысел закладывал в свое творение и Йо Минг Пей, так как пирамида выполняет функцию связующего медиума между человеком и божеством. Китайские пирамиды несколько отличны от традиционных египетских — они четырехугольные, символизирующие единение четырех центров (космического, пространственно-временного, физического и метафизического). Кроме того, каждая из четырех граней является интерпретацией четырех сторон света, что наталкивает нас на мысль об открытости восточных стран, готовности к межкультурному диалогу. Как правило, индивидуализм представлен обществом со свободной социальной структурой, в котором каждый сам заботится о себе и своей семье. Коллективизм же характеризует общество со строгой социальной структурой, четким разделением на социальные группы и институты, внутри которых каждому индивиду гарантирована забота и внимание остальных в обмен на преданность группе — не исключено, что именно данное положение наложило отпечаток на замысел архитектора. Таким образом, мы сталкиваемся с проблематикой пред-понимания и понимания, нашедшей свое отображение в герменевтическом наследии Ганса Гадамера: сопоставим ли замысел создателя культурного объекта и смысл, который мы ему придаем?

16 Мар 2018 в 11:34. В рубриках: Арт-заметки. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв

Навигация

Рубрики

Поиск

Архив

Наш город

Подписка

  • Наша группа Вконтакте
  • Подписка на Фейсбук
  • Подписка на Твитер