Просмотров 156

Симуляция всегда была элементом человеческой деятельности, в каждой из ее форм приобретая своеобразные модификации (в том числе и в искусстве). Данный факт обусловлен спецификой человеческой жизнедеятельности, а именно – ее целесообразностью. Целеполагание предполагает формирование особого мира идей. Этот идеальный мир живет своей особой жизнью, во многом благодаря способности человека выдавать желаемое за действительное. Идеал, порождаемый жизненной реальностью и, в то же время, являющийся формой ее отрицания, всегда несет в себе нечто такое, чего нет в действительности.

В процессе своего функционирования в сфере общественного сознания каждая идея (образ) трансформируется, обрастая, как снежный ком, новыми смыслами и толками. Происходит неоднократное «переворачивание» идеи, в результате чего теряется ее изначальная связь с жизненной реальностью. Каждое новое переворачивание – это новая идея, но это уже есть «идея идеи» («образ образа»), «идея идеи идеи» и т. д. Подкрепленная силой воображения, перевернутая идея приобретает различные формы (от идеализации до искажения и кривотолков). В определенный момент превращенная, неоднократно перевернутая идея теряет всякую видимую связь с жизненной реальностью и может быть объявлена абсолютно самостоятельным феноменом. Именно эта оторванность превращенной идеи (образа) от жизненной реальности, проявляющаяся, в частности, во внешнем несходстве, стала аргументом в пользу понимания симулякра как феномена, не имеющего никакой связи с реальностью.

В этом контексте интересны рассуждения Ж. Бодрийяра, определившего следующие последовательные фазы образа: 1) отражение глубинной реальности; 2) маскировка и искажение глубинной реальности; 3) маскировка отсутствия глубинной реальности; 4) отсутствие связи образа с какой-либо реальностью, образ является чистым симулякром самого себя [Там же, с. 12 – 13]. Как отмечает ученый, в первом случае образ является хорошей видимостью, а репрезентация принадлежит к таинству, во втором случае он является плохой видимостью порядка испорченности, в третьем – играет роль видимости и принадлежит к разряду колдовства, в четвертом случае он принадлежит не к разряду видимости, а к симуляции [Там же].

Двойственность позиции Бодрийяра очевидна. С одной стороны, он утверждает, что симулякр не имеет ничего общего с отражением реальности, с другой – вынужден показать, что симулякр как феномен формируется именно на основе исторической трансформации образа как отражения. Противопоставляя подражание (мимезис) и симуляцию, мы забываем о том, что подражание содержит момент симуляции, а симуляция – момент  подражания. Если симулякр является этапом движения образа, то эта трансформация образа могла произойти только потому, что отражение содержит в себе момент симуляции, который в результате гипертрофии, обусловленной определенными объективными и субъективными факторами, порождает особую форму отражения – симулякр.

15 Фев 2017 в 10:51. В рубриках: Кризис антропности. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв

Навигация

Рубрики

Поиск

Архив

Наш город

Подписка

  • Наша группа Вконтакте
  • Подписка на Фейсбук
  • Подписка на Твитер