Просмотров 237

«…Теперь он уже мог рискнуть, ему даже захотелось дать ей [земле] полную волю, – пусть покажет, пусть докажет, на что она способна, если постарается  как следует.  И  в  самом  деле,  только  он  об  этом  подумал,   как   сразу почувствовал, что Минк Сноупс, которому всю жизнь приходилось  мучиться  и мотаться зря, теперь расползается, расплывается, растекается легко, как во сне; он словно видел, как он уходит туда, к тонким травинкам,  к  мелким корешкам, в ходы, проточенные червями, вниз, вниз, в землю, где  уже  было полно людей, что всю жизнь мотались  и  мыкались,  а  теперь  свободны,  и пускай теперь земля, прах, мучается, и страдает, и тоскует от страстей, и надежд, и страха, от справедливости и несправедливости, от горя, а люди лежат себе спокойно, все вместе, скопом, тихо и мирно, и не разберешь, где кто, да и разбирать не стоит, и он тоже среди них, всем им ровня – самым добрым, самым храбрым, неотделимый от них, безымянный, как они: как те, прекрасные, блистательные, гордые и смелые, те, что там, на самой вершине, среди сияющих видений и снов, стали вехами в долгой летописи человечества, – Елена и епископы, короли и  ангелы-изгнанники,  надменные  и  непокорные серафимы» (Минк Сноупс).

Как мы видим, основные идеи гуманистической концепции не представлены в прозе Фолкнера, зато автор воплощает в своем творчестве те идеалы, которые гуманизму противоположны и были отвергнуты гуманизмом как реакционные, как наследие Темных веков и христианской, не гуманистической культуры. Осмысление творчества Фолкнера как христианского, а не гуманистического писателя является насущной задачей культурологии нашего времени.

01 Июн 2016 в 09:16. В рубриках: Generation P. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв