Просмотров 254

Если художественная реальность актуализируется исключительно в психике субъекта, то кибернетическая реальность в определенной мере свободна от субъектного восприятия. Достаточно зрителю отвернуться от картины или не прийти на концерт – художественная ВР не актуализируется. В отличие от этого, киберпространство объективно существует вне зависимости от того, как каждый отдельный пользователь взаимодействует с Сетью. Даже если/когда глобальный спектатор перестанет использовать Сеть, Интернет продолжит существование, и так будет продолжаться, пока материальная основа киберпространства будет функционировать. Некая зависимость пока существует (не более чем зоопарк нуждается в посетителях), так и массы пользователей нужны для финансирования материального базиса Сети, но это лишь «пока нужны». Учитывая автономность и резервирование энергоснабжения, каналов и узлов связи, топологию современных сетей вкупе со сроком службы современного оборудования, можно быть уверенным: Интернет точно переживет пандемию лихорадки Эбола и полную депопуляцию сапиенс.

Таким образом, мы видим принципиальное отличие двух ВР, созданных человеческой культурой. Художественная ВР требует одновременно материального базиса и постоянного участия духа субъекта для своей актуализации. При этом художественная ВР полностью личностна; даже если субъект наслаждается оперой в полном зале Большого театра, его эмоциональные и духовные переживания вполне интимны, хотя может наблюдаться некий коллективный и даже интерактивный элемент. Напротив, кибернетическая ВР после своего запуска более автономна как в материальном базисе, так и – особенно – в субъектном плане. Субъект уже не нужен, нужны «массы» пользователей. При этом киберпространство часто «одно на всех», оно совсем не интимно, эстетическое восприятие и оценка творческих реализаций нередко индуцированы членами киберсоциума.

Совершенно очевидно, что создание и актуализация всего разнообразия художественных ВР начались за тысячи лет до возникновения самой идеи (не говоря уж о практической реализации) киберпространства, по этой очевидной причине художественная практика ни в коей мере не отражала и не учитывала наличие иной виртуальности. Лишь в последнее время не более двух-трех поколений авторов стали присматриваться к киберпространству (Ж. Верн, Р. Брэдбери, Дж. Оруэлл и др.), и то исключительно в смысле объекта, совершенно не рассматривая его как явление, а скорее как некую декорацию или повествовательную фабулу. При этом традиционные пластические искусства полностью игнорируют киберпространство во всех смыслах. Художник, скульптор или литератор с бóльшим интересом создадут мифологическую картину, наполненную сколь угодно фантастическими местами, событиями и персонажами (С. Дали, Л. Кэрролл, Дж. Р. Р. Толкин и др.), нежели опишут в своей художественной ВР сколь-нибудь собранное и функционирующее киберпространство. Исключения, которые приходят на память, – это фильмы последних лет типа трилогии «Матрица» и голливудского боевика «Начало», в которых киберпространство начинает играть даже некую, не побоимся этого определения, «субъектную» роль.

01 Мар 2016 в 09:06. В рубриках: Арт-заметки. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв