Просмотров 27

Искусство осмысливается о. Павлом Флоренским как одна из совершенных форм человеческой деятельности, как «ближайший пример» более высокой деятельности, «более творческого искусства» – теургии (или феургии, в транскрипции Флоренского). Феургия – «искусство Богоделания» – понимается Флоренским как главная задача человеческой жизни, «задача полного претворения действительности смыслом и полной реализации в действительности смысла» [4, с. 226]. Художественное произведение обладает активными созидательными силами, живет и участвует в формировании духовной атмосферы. Здесь о. Павел полностью солидарен с соответствующими взглядами на искусство В. Кандинского, который в книге «О духовном в искусстве» писал о произведении искусства как о «живом существе». Отделившись от художника, утверждал он, оно обретает «самостоятельную жизнь, становится личностью, самостоятельным, духовно дышащим субъектом, ведущим также и материально реальную жизнь; оно является существом».

Флоренский как философ изменил исторический масштаб рассмотрения произведений искусства: вместо культурных эпох, по которым классифицировали стили, вместо школ и направлений, движений и течений в фокус его аналитической мысли попали пространственно-временные критерии анализа искусства, а вместе с ними и колористические, фактурные, тектонические универсалии. Уже одним этим вопрос о стиле потерял универсальное творческое значение (тем более что глубинные эстетические ценности, удерживаемые стилем как таковым, стали пониматься сквозь призму эстетических представлений). Цвет, форма, линия, освещение, звук, образ и т. п. в произведении искусства должны восприниматься и оцениваться только во взаимодействии друг с другом и в непосредственной связи с целым, убежден Флоренский. Отсюда следует, что в процессе создания художественного произведения формы всех входящих в него элементов претерпевают определенную деформацию, чтобы в совокупности возникла более высокая форма целого произведения.

Таким образом, в философии искусства Флоренского произведение искусства – это некий единый и целостный организм, в котором все функционально связано со всем и нет ни единого бесполезного элемента. Философия искусства Флоренского ставит задачи посредством пространственных образов истолковывать смысл и содержание произведений искусства. Универсальность его пространствопонимания закладывает основы искусствоведческого анализа художественных произведений, относя их не к стилям и жанрам, а к типам пространственной организации.

Теургическая эстетика С. Булгакова называется софиология. Под теургией или «искусством Богоделания» Булгаков понимал «полное претворение действительности смыслом», т. е. более высокую ступень искусства, чем современное искусство, «более творческое искусство», возводящее человека на небо. Философ говорил о приоритете эстетической сферы над формально-логической на путях адекватного выражения глубинного духовного опыта. Теургию своих предшественников он предлагал называть софиургией, резонно полагая, что не сам трансцендентный Бог участвует в творении мира и художественном творчестве теургов, но София.

Собственно, эстетические проблемы и вопросы искусства интересовали С. Булгакова прежде всего в контексте его софиологии, как творческое проявление деятельности самой тварной Софии или через человека-художника. Важнейшей категорией его эстетического сознания было традиционное понятие красоты. Ибо в ней он видел откровение Софии, наиболее полную реализацию софийности бытия. С. Булгаков трактует искусство как атропоургию, или софиургию, как действие Софии в человеке. Искусство в софиологии Булгакова непосредственно связано с Софией, а красота есть прямое «самодоказательство Софии». Искусство в звуке, теле, мраморе, красках или в слове стремится к «ософиению» плоти. Художник не только видит Софию своим «умным зрением», но и стремится выразить свое видение в искусстве. Красота, по Булгакову, есть софийная идея, просвечивающая в предмете. Искусство мыслится Булгаковым как особая миссия теургии, оно находится на грани двух миров, прозревает высшую красоту и являет ее этому миру. С помощью этой красоты оно просветляет и преображает явления видимого мира, трансформируя их в свои образы. Булгаков не сомневается в возможности ренессанса религиозного искусства, за которым он видел будущее, которое, оставаясь самим собой, полностью свободным и автономным, сблизится еще с религиозным культом.

19 Окт 2022 в 11:30. В рубриках: Арт-заметки. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв