Просмотров 297

Итак, «козел отпущения» обвиняется в том, в чем он на самом деле не виноват. Обвинители действуют как слепые. Но их уверенность в своих действиях и их единодушие в гонительной практике связаны с верой в свою правоту. Однако эта вера и слепота, по Жирару, были возможны до христианства. Смерть на кресте невинного Христа раскрыла глаза на тот факт, что всякая жертва может быть случайной и невинной. Это был огромный переворот в развитии самосознания человечества, хотя он до конца не осознан и по настоящий день.

«Сосредоточиваясь на Христе как на первой жертве, понявшей и раскрывшей культурный механизм жертвоприношения, — пишет А. Эткинд, — Жирар создает новый аппарат для анализа всех тех свидетельств группового насилия, которые его не понимают. Жертвы не пишут мемуаров; зато множество историй разных жанров написано для того, чтобы оправдать насилие или призвать к нему. Оптика Жирара полезна каждому, кто читает свидетельства кризисов, войн и революций» [Цит. по: 1].

Р. Жирар — религиозный философ, но его позиция «уникальна» соединением политического консерватизма «с озабоченностью вечными проблемами христианской теологии, которые он подвергает необычному, даже шокирующему пересмотру» [1]. Обращая внимание на книгу Откровения, он  пишет о том, что люди имеют о нем совершенно мифологическое представление, думая, что насилие в конце времен будет исходить от самого Бога. Они не могут обойтись без жестокого Бога и   не видят человеческого насилия, которого «более чем достаточно для того, чтобы запустить худший из возможных сценариев» [2]. Внимание Жирара привлекает теоретик войны ХIХ в. Карл фон Клаузевиц, который, как утверждает философ, сам того не осознавая, открыл не только формулу апокалипсиса (движение к крайностям в дополнение к Гераклиту: «Война — отец всего»), но и то, что последний связан с миметическим соперничеством [Там же]. Миметическое соперничество и движение к крайностям, не сдерживаемое ничем, характеризует современное состояние общества, что и представляет для него значительную угрозу.

«Козел отпущения» как механизм, сдерживающий большое насилие посредством малого,  подчеркивает философ, эффективен до тех пор, пока мы верим в его виновность. То есть пока люди не ведают, что творят. Осознание механизма «козла отпущения», согласно Жирару, означает  его утрату. Теперь человечество ввержено в  миметические конфликты без малейшей возможности их разрешить. Во всяком случае, сам Жирар не видит таких культурных механизмов, которые бы поставили заслон апокалиптическому сценарию. Современное общество философ рассматривает как  первое в истории человечества, осведомленное о своей способности полностью уничтожить самое себя.

15 Фев 2017 в 10:34. В рубриках: Культура: люди и судьбы. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв