Просмотров 110
Характерно, что принцип интертекстуальности уже явно лежал в основе самых первых в истории философских биографий Диогена Лаэртского. А. Ф. Лосев писал: «Вообще же вовсе не в историко-философском анализе заключается ценность трактата Диогена Лаэрция. Его трактат – это любопытнейшая и интереснейшая античная смесь всего важного и неважного, первостепенного и второстепенного, всего серьезного и забавного. Во всяком случае современный читатель Диогена Лаэрция после прочтения его трактата несомненно окунется в безбрежное море античной мысли и некоторое время „подышит воздухом” подлинной античной цивилизации» [6, с. 54]. И действительно, при всей своей внешней «простодушности», книга Диогена Лаэртского весьма похожа по своей сложной нарративности на вполне современный постмодернистский текст. При этом в ней нет нарочитой рефлексии – ее рефлексивность спрятана «между строк».
С другой стороны, по определению В. Фукс-Хайнритца, основой биографического метода всегда «является реконструкция образов, которые опрашиваемый имеет о себе и о полях своего жизненного мира. В результате образ опрашиваемого о себе и своем жизненном мире может быть представлен как „ядро-высказывание”, сформулирован по возможности близко языку протокола интервью» [13, с. 31]. Таково и внешнее социально-нормативное требование к биографическому описанию. Как отмечает М. Рустин, здесь всегда требуется конструирование «аутентичной» идентификации, исходя из многочисленных образцов идентичности, которые бытуют в обществе [10, с. 7]. Оба принципа построения биографии – через само-идентичность и через «иное» – взаимодополнительны и являются мощным средством развития личности путем усвоения нового культурного содержания и на этой основе – самоусложнения и саморефлексии. Этим определяется развивающая и воспитательная функция биографии как жанра. С. В. Яковлева в статье «Биография как педагогический феномен» определяет «образовательную» функцию биографии как «приобретение знаний о человеческой жизни, ее институированных и субъективно обозначаемых этапах и событиях. Знакомясь с биографиями других людей, воспитанник получает возможность увидеть развитие в динамике, компенсировать недостающие знания, осознать направление своей жизни, ее важнейшие темы и конструировать свою биографию. Происходит становление „категориального проекта бытия” (Г. Ноль), который отражает отношение человека к отдельным событиям прошлого и настоящего и способствует реализации его стремления к самоосуществлению» [17, с. 289]. Это общекультурное значение биографии как средства социализации и саморазвития уже привело к формированию особой комплексной сферы исследований – «биографистики» [см.: 4].
Первой биографией в истории иногда называют «Житие Франциска Ассизского», написанное в XIII веке Дж. Бонавентурой, поскольку этот текст, в отличие от канонических житий святых и от жизнеописаний Плутарха, был первой «попыткой воспроизвести динамическую историю индивидуального духа, прошедшего через последовательные стадии становления» [11, с. 19]. Однако нетрудно показать, что такое противопоставление не имеет никаких оснований. Суть канонических житий святых как раз и состоит в изложении крайне напряженной, драматической истории становления «индивидуального духа», и конечное состояние святости в них не является ни главным предметом изображения, ни чем-то «статичным». Дж. Бонавентура к этому добавил лишь выход за рамки канона в сторону не житийных, а «житейских» деталей.
09 Дек 2019 в 11:12. В рубриках: Социум. Автор: admin_lgakiВы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.