Просмотров 67
Термин «мифокод» предложен Е. А. Приходовской: «Это какие-либо образы и ситуации, обладающие в творчестве автора наибольшей яркостью и повторяемостью, восходящие к мифологическому сознанию» [9, с. 94].
Исследователь Л. В. Кириллина вывела целую типологию топосов в оперном творчестве Римского-Корсакова [7]; в связи с целевой установкой настоящего исследования нами дополнена трактовка символических топосов Л. В. Кириллиной с уклоном в христианско-мифологическое мировосприятие композитора.
В мифопоэтическом пространстве опер Римского-Корсакова особое место занимают мифокоды, связанные со стихией воды; это напрямую указывает на специфику его миросозерцания, ведь известно, что композитор был мореплавателем и морским офицером, совершившим кругосветное плавание. Именно поэтому тема моря является важнейшей составляющей картины «звукосозерцания» Римского-Корсакова и регулярно фигурирует в его художественном творчестве, начиная с симфонической картины «Садко», маринизмом пропитаны даже поздние оперы композитора. Море во всех его состояниях и проявлениях, в отличие от образного тезауруса других русских композиторов, именно для Римского-Корсакова стало неотъемлемым элементом образной системы
Топос-символ озера играет важную роль в образной палитре Римского-Корсакова и также является символом-кодом, содержащим скрытые коннотации. Топос озера в образно-ассоциативной системе Римского-Корсакова связан с таинством, загадочным и иррациональным началом. Озеро – замкнутая система с четкими границами. Озеро, как правило, обозримо, в отличие от моря, символизирующего бесконечность. У Римского-Корсакова ореолом мистической тайны окутано дно озера, способное таить в своих глубинах, равно как и море в своей пучине, что-то сверхъестественное.
Образ озера, его водная гладь и форма репрезентуют символику зеркала и его сакральное, мистическое значение. У Римского-Корсакова образ озера часто используется как мифологема зеркала-портала. Еще с древних времен зеркало мыслится как портал, соединяющий реальный и фантастический миры. Топос озера чаще всего используется композитором в волшебных операх как образ-медиатор, грань и дверь между мирами, в соответствии с его концептом двоемирия.
Такой дверью является деревенский пруд в третьем действии «Майской ночи», привратниками выступают сказочные русалки; здесь ассоциативный мифокультурный ряд настолько обширен, что возникают аллюзии к античному царству мертвых Аиду, так как место обитания русалок, где совершаются купальские мистерии, является также местом воздаяния за совершенные грехи для Мачехи из «Майской ночи». Озеро – это и место упокоения неприкаянных душ, таких как Панночка. Также здесь зашифрован мотив Страшного суда, что отражает христианские ориентиры композитора.
В «Садко» встречаются сразу несколько водных топосов – и озеро, и море, и даже океан. Здесь водная стихия символизирует постоянное пребывание мира в состоянии метаморфоз, все реки текут, убегая в море, океан, – «все течет», всякая сущность изменчива. Здесь видим реализацию идеи преображения, характерную именно для русского мифологического сознания и русской мифокультурной оперы.
Наиболее известный образ озера в творчестве Римского-Корсакова воплощен в опере «Сказание о невидимом граде Китеже» – озеро Светлояр, в водах которого скрылся славный град Китеж, ставший уже мифологемой русской Атлантиды.
Космос и небесные светила издревле, согласно мифологической картине мира, считаются местом обитания божественных сущностей, сверхъестественных сил, управляющих судьбами и жизнью на земле. В мифопоэтике Римского-Корсакова солнце и связанная с ним образность и символика трактуется сквозь призму мифологических представлений древнеславянского солярного культа. Восход солнца упраздняет инфернальные силы, заставляя их ждать следующей ночи – времени разгула нечисти.
09 Апр 2022 в 19:26. В рубриках: Арт-заметки. Автор: admin_lgakiВы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.