Просмотров 57

В картине «Сон» К. С. Петрова-Водкина изображен спящий юноша на фоне пустынного пейзажа. Редкие каменные образования и горы вдалеке наполняют открытое пространство. Справа от спящего мы видим две женские фигуры. Пустынное пространство картины кажется пустынным и в семиотическом смысле. Нет тех многочисленных деталей и аллегорий, как в рафаэлевском «Сне рыцаря», которые могли бы дать нам какие-то подсказки, указать на те или иные смысловые контексты. Разнится и характеристика самого состояния сна. В образе Рафаэля сновидение – это пространство мистического озарения, напротив, сон на картине К. С. Петрова-Водкина – это образ летаргии, бессознательного состояния, что очевидно в наблюдении расслабленного положения тела, которое как будто аллюзия то ли на спящего эроса Антонио Кановы, то ли на Морфея Пьера-Нарцисса Герена. В этих аллюзиях мы видим проявления «языковости». В положении фигуры и на лице юноши скорее обнаруживаются признаки жизни тела, глубокого сна, отсутствие каких-либо проблесков сознательной жизни. Но и в этом бессознательном есть свое содержание.

Позади юноши мы видим вулкан. Из него подымаются клубы черного дыма. Вулкан – это прежде всего неподвластное человеку проявление спонтанной стихии, чего-то, что находится глубоко внутри и обладает угрожающей силой, способной выплескиваться наружу. По нашему мнению, это символический образ, интуитивно осязаемый художником в творческом процессе, самих хаотических сил природы, или природы, подчиняющейся своим, нечеловеческим законам и в то же время пребывающей в нас, в наших глубинах.

Все фигуры на картине обнажены. Однако кроме упомянутой уже легкой тени патетики в позе спящего, присущей воплощенным в художественной форме мифологическим сюжетам, и, пожалуй, головки рыжеволосой юной красавицы, напоминающей образы рафаэлевских или боттичеллиевских дев, любые другие знаки, указывающие на наготу ренессансную или античную, отсутствуют. В такой ситуации обнаженность начинает восприниматься как нечто крайне интимное, максимально приближающее нас к нам самим, к нашему внутреннему пространству, не к социальному человеку.

Кроме того, нагота несет в себе эротизм. Изображаемую ситуацию возможно было бы рассмотреть как сексуальную и описать в каких-то соответствующих психологических терминах. Однако для нас в данном случае важно наблюдение изображения еще одной силы, присутствующей и в других картинах К. С. Петрова-Водкина, которая могла бы стать основанием для такого психологического описания, а именно стихии эроса, представленной в картине и общей наготой героев, и в образе юной красавицы, воплощающей в себе еще и движущую, способную пробудить от сна силу прекрасного. Если фигура молодой девушки – это влечение и красота, то фигура зрелой женщины в ожидающей позе – это другой возраст и, значит, иные человеческие качества, некая другая природа или стихия, другой аспект жизни, возможно, что-то, что мы называем опытом или знанием. Или это сама сознательная жизнь. Обе фигуры, по сути, являют собой противоположность спящей.

Между женскими фигурами расположено черное каменное образование, его поверхность художник показывает как странные, причудливые структуры. Это не просто гладкая каменная глыба – художник ее тщательно детализирует. Черное пятно крайне наполнено, содержательно, но формы в нем неопределенны. При всматривании в них образ рассыпается и не обретает четкости. Условно этот кусок камня, напоминающий нам вулканическое стекло, – первичный хаос, нечто таинственное и непознанное, но явно содержащее внутри себя какие-то неизвестные нам потенции.

Таким образом, мы видим, что подобный символизм базируется на ином, особенном типе коммуникации, в котором прорыв к содержанию, к смыслу осуществляется в некотором роде за счет ухода от знаковости, от законченных точных значений, поскольку они не дают возможности для трансцендирования, прорыва к новому сознательному опыту интуитивно, через собственный акт напряжения познавательных способностей, проникновения к неназванному, и, таким образом, причащаясь процессу познания и понимания, поскольку мысль – это нечто не законченное, а становящееся. Можно назвать это коммуникацией понимания.

09 Апр 2022 в 19:36. В рубриках: Арт-заметки. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв