Просмотров 185

Обращение к бытовым жанрам грузинского танца, вальса, менуэта, колыбельной позволяет композитору не потерять жизненные реалии. Наверное, это и есть радость бытия, которая осознаётся, когда она утрачена, о чём постоянно напоминают своего рода покушения и разгром островков человечности злобными тематическими комплексами. Однако  вера в  разум и добро не позволяет Г. Канчели завершить «Эпилог» полной катастрофой и безысходностью. Заключительный раздел  отмечен постепенным замедлением и растворением звучности с интонациями плача — философский  монолог на развалинах погубленного мира, созвучный четверостишию Микеланджело, высеченному на гробнице братьев Медичи:

Отрадно спать, отрадней камнем быть,

О, в этот век, преступный и постыдный,

Не жить,  не чувствовать — удел  завидный.

Прошу,  молчи, не смей меня будить.

И всё же симфония оставляет ощущение полного катарсиса и веры в рождение новой жизни, на что указывает Н. Станкевич: «Бедный, больной, несчастный век! Но в его ранах столько прекрасного, столько человеческого, что невольно верится в скорое исцеление мира…» С этим согласен и сам автор Г. Канчели: «Я был бы счастлив, если бы в будущем на мои сочинения — если их не забудут — смотрели, как на попытку выбежать из тьмы на свет».

 

ЛИТЕРАТУРА

1. Зейфас Н. Гия Канчели в диалогах / Н. Зейфас ; ред. О. Гусева. – М. : Музыка, 2005. – 587 с.

02 Дек 2015 в 14:23. В рубриках: Арт-заметки. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв