Просмотров 104

Художественной форме произведения придавали идеологическое значение до 90-х годов, не спасал даже «правильный выбор» темы. В 60-х годах и безобидный импрессионизм (как метод) на всякий случай обходили при изучении истории искусства в учебных заведениях. Публичные рассуждения об особенностях и стиле произведения могли восприниматься как политический донос. «Русь уходящая» – большая картина (4х7 м) Павла Корина, ученика М. Нестерова, осталась лишь в эскизах и портретах ее персонажей, несмотря на поддержку Максима Горького. Причина неофициального, негласного запрета – в возможных вариантах прочтения смысла. Не уход, а противостояние нарастающему в мире злу, защита нравственных традиций народа и утверждение: «Русь была, есть и будет».

Художники, начиная свой путь, придают большое значение выбору темы. Если появлялась на выставке неудачная работа, говорили: «испортил тему», т. к. именно форма дает ключ к пониманию содержания, разнообразию творческих индивидуальностей, формированию зрительских привязанностей, предпочтений, недоказуемых вариантов толкования смыслов, построенных на личных ассоциациях. Субъективность восприятия порождает интуитивизм в искусстве и исключает возможность адекватного словесного описания зрительных образов – лишь варианты эмоционального воздействия произведения данного вида искусства. При невозможности дать самостоятельную оценку произведению из-за недостатка зрительского опыта и уровня общей культуры массовый зритель мог воспринимать только литературную сторону произведения в сюжетных композициях. Художественные качества и достоинства произведений не рассматривались. Публика ориентировалась на мнения экспертов, на газетную критику, опиравшуюся на доступную упрощенность и политизированное мышление. Благодаря этому можно было пропагандировать «авангард» в 20–30-х годах как самое передовое и необходимое для творчества масс, потом все формалистические течения отрицать, объявив их буржуазным влиянием, не нужным советской публике и даже вредным.

Практиковалось организованное обсуждение выставок в печати и на партсобраниях, где могли критиковать юного героя картины Бориса Неменского «Дыхание весны» (1955) за его предполагаемые мысли о предательстве, или осуждать автора за идею пацифизма в картине «Безымянная высота» (1961). Тем не менее уже в это время вопреки идеологическим стандартам зрители, художники и искусствоведы смогли защитить произведения автора, вникая в глубинный смысл его произведений. Совершенное пластическое решение максимально подчинено выражению авторского замысла.

Критика была направлена не на художественные достоинства произведений победившего реализма, а в первую очередь на содержание – на возможные варианты прочтения смысла. Иными словами, дискуссии уходили в область идеологическую, что объяснялось расколом, разобщенностью всех слоев населения, начиная с революционного периода, с сурового по условиям существования периода Гражданской войны и завершая предвоенным и послевоенным периодом Великой Отечественной войны.

Мечта о повороте истории, которая до сих пор остается историей войн, пока не осуществилась. Представления о высокой европейской культуре и цивилизованности, предполагающей, но вовсе не гарантирующей гуманность, вера в солидарность трудящихся – эти иллюзии не способствовали необходимому сопротивлению в начале Великой Отечественной войны, в чем пытался разобраться писатель и журналист Илья Эренбург. После прозрения могло наступить ожесточение. Тем ценнее художественное воплощение не только героического подвига, но и ежедневных тягот военных событий и размышлений участников войны.

30 Дек 2020 в 10:06. В рубриках: Культура: люди и судьбы. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв