Просмотров 43

Таким образом, в рассматриваемой музыкальной композиции обнаруживается художественное выражение объективно присутствующих в судебном процессе элементов игры. Такие элементы действуют в форме театрализации, проявляющейся в перевоплощении исполнителя музыкальной композиции в образ судьи и создании у слушателя чувства трепета перед этим образом.

Каждым произносимым словом Л. Федоров сообщает нам о том, что с ним происходит в процессе перевоплощения в судью, как он ощущает себя, как он начинает осознавать себя в роли судьи. Первоначально исполнитель просто осознает положение собственного тела и сообщает нам о том, что он сидит: «Сижу». Далее он осознает действия, которые производит: «Ряжу, Сужу, Решаю». Сразу после осознания значения производимых действий возникает подсознательный и не озвученный вопрос о справедливости действий суда. Самого вопроса мы не слышим, и точное его содержание нам неизвестно, так же как неизвестно лицо, его задавшее. Возможно, такой вопрос задает себе сам суд. Однако на действительность наличия такого вопроса прямо указывает ответ суда: «Нет не погрешаю». Тем самым суд, осознав себя самого, утверждается в праве осуществлять правосудие и провозглашает свою безгрешность, этическую состоятельность и отсутствие оснований для недоверия к нему.

Приведенная, казалось бы, вычурно минималистичная словесная формула: «Сижу – Ряжу – Сужу – Решаю – Нет не погрешаю» фактически представляет собой символическое выражение тех обязательных ритуальных объявлений, которые в силу процессуальных законов обязан делать суд в начале каждого судебного заседания. Так, например, согласно статье 160 Гражданского процессуального кодекса РФ в назначенное для разбирательства дела время председательствующий открывает судебное заседание и объявляет, какое дело подлежит рассмотрению [1]. В соответствии со статьей 164 Гражданского процессуального кодекса РФ председательствующий объявляет состав суда, сообщает, кто участвует в судебном заседании. Этой же нормой закона предусмотрена обязанность суда разъяснить лицам, участвующим в деле, их право заявлять самоотводы и отводы [Там же]. Рассмотрение дела может быть продолжено только в случае, если всеми участниками будет заявлено о доверии суду, т. е. будет установлено в порядке, определенном законом, что суд «не погрешает».

Убедившись в своей непогрешимости, суд переходит к рассмотрению дела по существу, начинает «судить и будить людей». Суд, таким образом, начинает выступать способом пробуждения человека. Судебный процесс действительно мобилизует человека к активности, что выражается в необходимости думать, давать суду пояснения по обстоятельствам дела, предоставлять доказательства, возражать против доводов процессуального оппонента. Символическое выражение процедуры оценки доказательств судом очевидно ощущается при объявлении Л. Федоровым следующего этапа: «Несут суд и сосуд на блюде. Несут на посуде судей». Нам сообщается о наличии сосуда, т. е. некоего предмета, емкости, содержащей в себе что-то, что имеет значение для суда. Сосуд, таким образом, выступает символом доказательства, подлежащего оценке судом. Одновременно возникает ощущение имплицитной близости художественной символики рассматриваемой музыкальной композиции и текста А. Введенского с символикой древнеегипетского суда Осириса, в котором, как известно, присутствовали весы для взвешивания сердца (сосуда) подсудимого.

12 Июл 2021 в 12:54. В рубриках: Generation P. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв