Просмотров 77

Композиторами того времени создаются различные фантазии, обработки и парафразы на оперные темы, дополненные всевозможными виртуозными украшениями. Виртуозность у романтиков связана еще и с эмоциональным самовыражением.

Получают развитие новые жанры: музыкальные моменты, экспромты, ноктюрны, полонезы, мазурки, романсы. Формируется новый подход к жанру этюда: до романтиков этюд рассматривался как произведение для усовершенствования технических навыков, у романтиков он становится художественным произведением, в котором блестящая техника сочетается с образом, который хочет донести композитор. Часто миниатюры объединяются и становятся циклами: «Карнавал», «Бабочки», «Лесные сцены» Р. Шумана, «Годы странствий» Ф. Листа и др.

Свобода проявляется не только в образах романтиков, но и выражается в обновлении выразительных средств, в манере игры, в трактовке темпа, новой манере педализации, что помогло по-новому использовать колористические возможности инструмента [13, с. 205]. В частности, современный автор Э. А. Стручалина в своей работе «Романтическая гармония» выделяет важнейшие гармонические явления периода романтизма, развитие которых продолжалось затем и в позднеромантический период. Романтическую гармонию она определяет в целом как «смешанный мажоро-минорный лад», в котором присутствуют промежуточные элементы и происходят «далекие отклонения» от доминирующих тональностей [11, с. 205].

В романтизме впервые в истории европейской музыки возникает система нетонических, неконсонирующих, неустойчивых побочных элементов лада – как если бы они были значимы сами по себе, а не в их подчиненном положении по отношению к тонике. А уже для позднего романтизма характерно усиление интереса к особой яркости и красочности побочных доминант и субдоминант, остроте звучания аккордовых и неаккордовых диссонансов. Именно в рамках этой общей тенденции и возникает в романтизме характерный для него способ передачи трагического переживание – а именно путем усиления диссонансов, тональных контрастов и атональности, которые и создают ощущение нарастающей тревоги и страха.

И. И. Соллертинский в лекции «Романтизм, его общая и музыкальная эстетика» дал ряд ключевых определений специфики романтического мироощущения, выразившихся в музыкальном творчестве этой эпохи и определяющих переживание трагического. «Романтизм – это не есть только стиль, романтизм представляет собой целостное развернутое мировоззрение. Найти какую-то объединяющую формулу для этого мировоззрения довольно трудно» [9, с. 91]. В основе этого лежит общая культура эпохи, в которой «водворяется пессимизм. Властителем дум может стать лишь тот художник, который выразит этот надрыв в художественных образах, эту модную новую болезнь – мировую скорбь. Какой бы мы ни взяли романтический тип художника или произведения, мы всюду найдем эту трещину пессимизма, глубокого разочарования в жизни, в истории. Отсюда, конечно, особая невротичность романтического художника и романтического искусства» [Там же, с. 96]. Поэтому, как пишет И. И. Соллертинский, «романтизм родится именно под лозунгом отрицания разума. Романтизм – направление антирационалистическое. В романтизме будут, наоборот, господствовать другие начала: чувства, страсти, стихийные силы. Это чрезвычайно существенная и характерная черта романтического искусства – низвержение рационалистических канонов, выдвижение на первый план именно чувства, пылкого полета фантазии и т. п.» [Там же, с. 98].

Тем самым художник, поэт или композитор становится в романтизме символом Человека как такового, в максимальной степени выражая в себе сущность человека. Поэтому «романтики обоготворяют художника, возводят его на пьедестал. Художник – это особое существо, одаренное исключительной нервной системой и чрезмерной чувствительностью. То, что не задевает обычного человека, может привести в трепет художника. И этот художник находится в резком противоречии с обществом. Общество не может простить художнику его гениальности, того, что художник является смертным иного, высшего качества. Отсюда – одна из основных тем романтизма… тема одиночества художника, тема глубокой непонятости художника» [Там же, с. 99]. В свою очередь «именно музыка, с точки зрения романтиков, тем и глубока, что она постигает сущность мира не в отвлеченных понятиях, не в словах – она берет эмоциональную сущность мира непосредственно. В «Эстетике» Ф. Шеллинга музыка объявляется голосом глубочайшей сущности мироздания. Э. Гофман, Л. Тик, Ф. Новалис – все они говорят, что мыслить звуками – это выше, чем мыслить понятиями. Музыка ведет нас в сферы стихийного чувства, столь глубокого, что оно не может быть высказано словами» [Там же, с. 99–100]. Кроме того, как отмечает автор, «у романтиков музыка – это прежде всего звучащая автобиография, своего рода симфонический, вокально-песенный или фортепианный дневник. Каждая страница романтической музыки – это есть прежде всего исповедь» [Там же, с. 101].

09 Апр 2022 в 19:29. В рубриках: Арт-заметки. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв