Просмотров 1,020

Конечно, реальная наука не может долго развиваться в догматичном русле классической традиции антропоцентризма и поэтому находится в непрестанном методологическом поиске способов преодоления парадоксов антропоцентрической модели рациональности. Прежде всего, неклассические концепты рациональности появились в естественных науках с осознанием недостаточности классического одностороннего и «безвременного» объяснения мира. Введение понятий наблюдатель, дополнительность, одновременность разных измерений и масштабов объекта сопровождалось появлением представлений о многомерности научного знания. Неклассическая наука указывает на неустранимое влияние субъекта, который актом своего участия в процессе познания неизбежно искажает его результаты, трансформирует объект, что приводит к познанию не столько самого объекта, сколько его среза, заданного через призму субъектов. Исследователь со своим инструментарием и нормативной методологией включается в непосредственное тело научного знания. Антропный принцип задает условия и программирует результат познания: «То, что мы ожидаем наблюдать, должно быть ограничено условиями, необходимыми для нашего существования как наблюдателей» (Картер). Еще большие трансформации произошли в науке в связи с появлением постнеклассической рациональности. Последняя еще больше расширяет поле осмысления познавательной деятельности, учитывая соотнесенность получаемых знаний об объекте не только с особенностью средств и операций деятельности, но также и с ценностно-целевыми структурами. Следуя в русле логики антропоцентризма, постнеклассическая рациональность исходит из того, что ценности ученого неразрывно связаны с характером его исследований: человек влияет на результаты познания не только фактом своего участия в нем, но и в силу приверженности определенным ценностям. В итоге наука переходит к человекомерным объектам, т. е. объектом любого познания, в конечном итоге, становится сам человек. Таким образом, в условиях доминирования антропоцентристского умонастроения «чистота» объекта познания становится недостижимой в принципе, поскольку исследователь выступает заинтересованной стороной.

Рефлексия субъективно-антропоцентристского крена в науке вызвала к жизни новые философско-методологические и социокультурные интерпретации рациональности. В результате в современной философской литературе обострилась полемика четырех представлений о рациональности: а) как свойстве прогрессирующего научного логического мышления (Г. Гадамер, Л. Лауден); б) как целесообразности человеческой деятельности (М. Вебер); в) как отнесенности деятельности к некоторой системе ценностей (Дж. Роулз); г) как нормативно-методологической модели научного исследования (аналитическая концепция – неопозитивизм (К. Поппер), прагматическая концепция (Т. Кун, П. Фейерабенд)). Вынужденное отсутствие теоретического согласия в понимании рациональности ставит под сомнение истинность и достоверность знания. Тем самым размываются исходные критерии научного знания и науки в целом, которая все больше разворачивается в сторону паранаучного флёра, иррационализма и мистики.

15 Фев 2017 в 12:17. В рубриках: Кризис антропности. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв