Просмотров 29

Историческая память современного общества имеет гетерогенный характер и определяется пересечением различных факторов. В публичном пространстве через систему образования и СМИ современные государства конструируют некий «господствующий дискурс» повествования о прошлом, который должен консолидировать историческое сознание граждан в качестве разновидности «гражданской религии». Вместе с тем в обществе наблюдается большое разнообразие исторического сознания, зависящее в первую очередь от мировоззренческих ориентаций людей. Это разнообразие можно типологизировать, выделяя три модели его понимания. Первая модель, идущая из эпохи модерна, рассматривает историю как Прогресс, а прошлое понимает через символ Революции. Вторая модель является реакцией на первую и определяется как «традиционализм». Как правило, она опирается на религиозное сознание. Здесь история понимается как процесс духовной деградации, а прошлое – как история катастроф (в том числе и революции рассматриваются как истории преступлений). Третья модель свойственна не столько массовому сознанию, сколько интеллектуалам – для нее история предстает как некое «живое настоящее». В современной России «господствующий дискурс» фактически выстраивается на основе баланса всех трех моделей. Однако между ними существуют неразрешимые логические и содержательные противоречия; эти модели, по сути, несовместимы. Имеют место «война смыслов» и «бои за историю» (Л. Февр). Это требует поиска путей построения неклассического, полифонического исторического сознания. В основе полифонического исторического сознания, которое предполагает индивидуальные точки зрения на различные события, может лежать только общая ценностная система. В частности, для России это ценности русской культурной традиции, сформировавшейся на основе православия. С точки зрения этой ценностной системы, например, советский период русской истории может рассматриваться как период тяжелых испытаний, когда народ боролся за само свое существование, выстоял и победил. Такой взгляд не зависит от какой-либо частной политической идеологии, но задействует в первую очередь нравственные аспекты исторического процесса, которые универсальны.

В своей известной статье «Народ без элиты: между отчаянием и надеждой», послужившей поводом для уничтожения тиража книги, в которую она вошла, А. С. Панарин сформулировал фактически свое идейное завещание. Он писал: «Тех, кто не порвал своих связей с великими традициями, переубедить нельзя. Они знают, что по самой своей сути человек не экономическое, а религиозное животное, и только поэтому ему дано подняться над животным уровнем. Россия, ставшая эпицентром разрушительной работы глобалистов, не может выжить, не открыв этих новых перспектив. Новый интернационал четвертого мира, который она, по всей вероятности, возглавит завтра, будет воплощением альтернативного глобализма демократических низов. В качестве второго мира, меряющегося с первым по критериям силы и успеха, Россия потерпела поражение и погибла. Возродиться она способна только как четвертый мир, отвергающий ложные критерии и прерогативы первого. Дать этому миру истинное вдохновение – задача постэкономической элиты, обращающейся к народам через голову глобального либерального истеблишмента» [8, с. 75]. Но насколько это возможно? В данной формулировке русский ученый прогнозирует один из альтернативных путей развития современной цивилизации, основанный на возрождении традиционных ценностей, носителем которых становится «постэкономический человек».

В свое время П. Сорокин определял цивилизационную парадигму будущего следующим образом: «а) нарастающий упадок чувственной культуры, общества и человека и b) появление и постепенный рост первых компонентов нового (идеационального или идеалистического) социокультурного строя» [12, с. 885]. Последнее как раз и фиксирует факт возрождения элементов традиционной культуры в рамках современного «постсекулярного» социума. Для социальной политики государства актуален вывод о том, что традиционная культура в большей степени удовлетворяет потребность человека в общении, досуге, так как человек здесь рассматривается целостно как тело – разум – душа, в то время как в посттрадиционной культуре он парциализируется до сферы соматической, интеллектуальной, что способствует деперсонализации и отчуждению индивида.

12 Июл 2021 в 13:19. В рубриках: Социум. Автор: admin_lgaki

Вы можете оставить свой отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв